разве человек может быть по-настоящему благороден? Была ли на свете хоть одна бесспорно благородная душа? Трудно поверить. Люди живут убийством, все без исключения. И предаются похоти, чтобы воспроизводить себе подобных. Подлинная история человечества – это, в сущности, войны,

Люди, наделенные необычайной красотой, бывают скромны, любезны, приветливы и предупредительны. Им нелегко завести друзей – среди мужчин во всяком случае. Им приходится постоянно совершать усилия, чтобы заставить окружающих хоть ненадолго забыть об их превосходстве.

Я впервые не знаю, что ждет меня даже в ближайшее время. Никогда не знала распорядка будущего, но, по меньшей мере, о погоде в ближайшем времени догадывалась. Теперь и этого лишилась

Протяните больному, одному из тех, кого так жестоко называют неизлечимыми, соломинку надежды, как он тут же соорудит себе из нее бревно, а из бревна — целый дом.

С Натали я узнал, что значит настоящая супружеская пара. Это можно выразить одним словом “соучастие”. Слово “любовь” слишком опошлено, чтобы сохранять свой смысл.Соучастие. Содействие. Доверие.

В жизни бывает всё что угодно Но всё должно иметь своё объяснение. Надо только его придумать.

Необычайное в конечном счете неизменно оказывается простым.

каждый из нас носит в себе целую вселенную.

Со всем тем надобно тебе знать, Панса, — заметил Дон Кихот, — что нет такого несчастья, которого не изгладило бы из памяти время, и нет такой боли, которой не прекратила бы смерть.

Глубина души – это хранилище тайн и секретов, где нужды и страхи толпятся, пихаясь локтями, как пассажиры в переполненном вагоне метро.

Уходи от меня, душегуб, совсем от меня уходи! Обойдусь! Месяцок ***ую и под поезд брошусь! А потом пойду в монастырь и схиму приму! Ты придешь ко мне прощенья просить, а я выйду во всем черном, обаятельная такая, и тебе всю… Continue Reading →

Мне нужно идти. В движении чувства не так душат, как ночью, когда ворочаешься в постели, собирая одеяло в плотный комок, чтобы было кого обнимать во сне.

Жизнь назначает за все свои дары слишком высокие цены, и мы покупаем самую ничтожную из ее тайн за чудовищную и безмерную плату.

Я бы не вынес этого ледяного, вечного места без тебя. Я бы не вынес его, оно бы убило во мне всю жизнь.Оно тебе ненавистно? Если бы я не мог придвинуться к тебе, если бы тебя не было бы рядом, я… Continue Reading →

Всякий чердак – это Машина времени, в ней тупоумные старики, вроде меня, могут отправиться на сорок лет назад, в блаженную пору, когда круглый год безоблачное лето и детишки объедаются мороженым. Помнишь, какое вкусное было мороженое?

в этом мире важно не то, как берутся за дело — смело или робко, — а то, чем все это кончается.

То, что ты видишь вокруг себя, отец инквизитор, есть не Божественный театр, не Божьи игры. Это мир, которым надо управлять. Владеть. А власть – привилегия князей. Господ.

Мы все должны научиться жить, примирившись с чудовищным фактом своего собственного эгоизма. Нет никакой добродетели в бесполезном самобичевании.

В оккультизме существует четкое правило, гласящее, что человек не может получить, пока не будет готов отдать.

Мы должны не просто указывать детям, что им надлежит делать, мы должны помочь им научиться пользоваться своими дарованиями – особенно совестью. В этом, пожалуй, заключается самая главная роль родителей.