Я дважды моргнула: достаточно, чтобы не выглядеть непочтительной.

Джинни отвернулась, взглянула на озеро.- Я никогда не переставала думать о тебе, – сказала она. – Просто не могла. Всегда надеялась Гермиона твердила мне, что я должна жить собственной жизнью, может быть, встречаться с другими, что так я смогу почувствовать… Continue Reading →

За всё в этом мире приходится платить, даром ничего не даётся. Маленькое счастье – маленькая боль, большое счастье – большая боль. Баланс всегда сходится.

Видишь ли, сэр Макс, люди, у которых есть дети, принципиально отличаются от людей, у которых их нет

Коту объяснили газетой по ушам, хомяки нам друзья, а не жиры и витамины. Теперь кот считает, мы дураки ненормальные. Сегодня не жрём хомяков, завтра дружим с пиццей, целуем в нос сардельку и недалёк тот час, мы женимся на бутерброде.

Если ждешь чего-то слишком долго, с тобой что-то происходит. Ты становишься тем и только тем, чем хотел стать, и ничем больше, ибо заплатил за это слишком дорогой ценой – слишком долгим ожиданием, слишком долгой жаждой, слишком долгими усилиями.

Он стоял у порога тайны, где прахом рассыпаются наши расчеты, где река времени исчезает в песках вечности, где гибель формулы заключена в пробирке, где царят хаос и древняя ночь и сквозь сон мы слышим в эфире хохот.

Взять ли силою или смиренною любовью? Всегда решай – возьму смиренною любовью. Решишься так раз и навсегда и весь мир покорить возможешь.

Всяк ходи возле сердца своего, всяк себе исповедуйся неустанно. Греха своего не бойтесь, даже и осознав его. Лишь бы покаяние было. Но условий с Богом не делайте. Не ненавидьте отвергающих вас, позорящих вас, поносящих вас и на вас клевещущих.

Когда тебе без малого двадцать, приятный идиотизм всегда поднимает настроение.

несмотря на всю бедственность и ужас нашего положения, в нём всегда найдётся за что поблагодарить провидение, если мы сравним его с положением ещё более ужасным.

Бог. Нет, не Он писал сценарии для этих маленьких беспомощных актёров внизу, на земле. Мы пишем их сами – каждым прожитым днём жизни, каждым сказанным словом, каждой мыслью, возникающей в наших мозгах.

Ничто во всем мире не освободит вас от ограничений до тех пор, пока вы удерживаете их в своем разуме.

Добро должно быть страшным Чтобы зло боялось.

Лучше выставить себя трусом, чем трупом.

Все воруют. Лучше известный вор, чем неизвестный. Следующий может оказаться еще хуже.

Жизнь это не песня, моя милая. Однажды, к скорби своей, ты это узнаешь.

Молодость – это так стремительно: ты не успеешь поумнеть, как уже стареешь

В любой части мира я чувствую себя, как дома. Для типа, подобного мне, труднее всего чувствовать себя, как дома, именно дома.

Всю жизнь вы ищите беды – вы их репетируете, – чтобы быть хорошо подготовленными, когда нагрянет последняя, окончательная беда. Когда придет смерть.