Если общий фон – грязно-чёрный, то собственная совесть при некоторой запятнанности смотрится белоснежной.

Счастье великодушно. Оно не истребляет других, чтобы жить.

Даже странно представить, что у людей и вправду есть эта самая личная жизнь; целостные, самодостаточные миры, в маленьких отдельных квартирах.

Дело в том, что я ни в чем не могу тебе отказать. Если придется сдавать экзамен по тебе, я получу высший балл, не перепутаю ни малейшей детали. Ты будешь мною гордиться!

Ногами танцуют посредственности, гении же танцуют сердцем!

Ты есть добро и сострадание, и милосердие, и понимание. Ты есть мир, и радость, и свет. Ты есть прощение и терпение, и сила, и отвага, ты помощник в час нужды, утешитель в час скорби, целитель в час ранения, учитель в… Читать далее →

Если женщина может вдохнуть любовь к себе в сердце одного мужчины, почему она не может сделать то же самое с другими? Любить или быть любимым — не преступление. Преступление — уверить кого-то, что его или ее ты будешь любить вечно.

Ахмад приобщался к американскому изобилию, лизнув его оборотную сторону. «Дьяволы» — вот чем были эти яркие пакеты, эти стойки с ныне модными легкими платьями и костюмами, эти полки со смертоносными рекламами, подбивающими массы покупать, потреблять, пока у мира еще есть

— А где жмет-то? — осведомилась моя новая приятельница. — В подмышках?- В основном в области сердца.

Сам того не понимая, он приобрёл прекраснейшую привычку на свете — привычку читать; он и не подозревал, что нашёл самое надёжное убежище от всяческих зол; не знал он, правда, и того, что создаёт для себя вымышленный мир, рядом с которым… Читать далее →

Существует, вероятно, обычная любовь — взаимное тяготение двух сердец, двух душ. Но существует, несомненно, и другая любовь, тягостная, жгучая, безжалостная — необоримое влечение двух несхожих людей, которые одновременно ненавидят и обожают друг друга.

Итальянская машина. Гладкая, изящная и сексуальная.

— Что же это такое — творить по-настоящему?- Как бы лучше сказать Проникая музыкой в сердце, приводить в движение физические тела. Тела слушателей — и свое собственное. И через это создавать ситуацию, когда все вокруг приходит в движение. Примерно так.

— Ты спросил меня, чего я хочу?Нет, не спрашивал. Так знай: человек рядом с тобой — существует. Думай о нем. Думай, не предложить ли ему виски, джину или кофе. Спроси. Что ты выпьешь? Вина. Вместе с тобой.

Я слышу музыку, понимаю, но не могу выразить, и всё остается в моей душе. Поэтому в моей душе бывает тесно и мутно.

Привет, ты сейчас где?Во Владивостоке, на пути познания! Но мне ещё утром сказали, что путь познания — в Англии. О, это совсем другое познание, — говорит друг. — Совсем другое.

Каждая новая песня уничтожала следы тех, что были записаны на кассету раньше, — точно так же в моем сознании каждое новое воспоминание стирает предыдущее.

Пока ты жив, остаётся надежда, только мёртвым надеяться не на что.

Я сидела между парнем, который из-за меня человека в кровавое месиво превратил, и парнем, который о смерти моей мечтал, и лениво думала — интересно, а может, однажды кто-то из них меня убьет?

Разум, если он разум, не может быть враждебен природе, ибо он только часть её, а часть не может отрицать целое, ибо, отрицая целое, часть отрицает и саму себя.