Большому каравану – длинная дорога.

Это был риторический вопрос — шаблонное оружие женщин и психопатов.

Она хотела снова убежать, ведь это легче — сбежать от проблем и зависнуть в запутанных мыслях

Он потерял мать рано, а отца ещё раньше. Они дали ему всё лучшее, что в них было, — за то время, которым они располагали. Так сложилась жизнь, в этом были и преимущества, и недостатки.

Все мы в большей или меньшей степени чувственные представления, умственные образы, живущие в Ловце снов.

Все почему-то хотят сделать из меня великого государя, а это со временем приедается. Даже Агнесса! Даже в постели! Думаете, весело?..

А привязанность, дружба легче расцветают в простой, непритязательной обстановке, чем в пустыне власти.

Должно быть, очень одиноко тому, кого все боятся.

Разозли меня и тебе же хуже.

Какое ужасное состояние — быть растроганным!Быть гранитом и усомниться! Быть изваянием кары, отлитому из одного куска по установленному законом образцу, и вдруг ощутить в бронзовой груди что-то непокорное и безрассудное, почти похожее на сердце! Дойти до того, чтобы отплатить добром… Читать далее →

Итак, выбор: красивый финал или бесславная старость?

Человек-***к. Знаете, есть Человек-Паук, а я — Человек-***к!

Какое доказательство может быть у любви кроме того, что она была?

Я была глупая, я ничего не знала. Пойми, Лаир, ведь девушки, — никогда с ними ничего не случается, и думают они, как им внушали, судят обо всем, а сами ничего не знают. А теперь я знаю!

Сказки — как пауки: у них длинные ноги. Сказки — как паутина, в которой запутывается человек, но которая так красива, когда рассматриваешь, как изящно сплетаются ниточки над листком, как драгоценными каплями блестит на них утренняя роса.

Нет ничего более зовущего, чем красивый мужчина, который не уверен в себе.

Откуда ей знать, что наличие у меня бабок еще не свидетельствует о наличии мозгов?

Стоило ей заговорить с симпатичным парнем, как голова отключалась, а на место головы заступал главный враг здравого рассудка, мистер Чокнутый Язык.

Моё жилище выглядело так, словно целая рота сапёров-лилипутов хорошенько заминировала его, а потом рванула все детонаторы сразу.

Любовь — чувство настолько французское, что многие видят в ней чуть ли не национальное изобретение. Не впадая в такие крайности, я, однако, сознаю, что во французском языке действительно есть некий дух любви.