Author zanimatelno

Пэлем Грэнвил Вудхаус. Дживс и Вустер Забавная вещь: когда ищешь иголку в стоге сена, найти её не удаётся, как ни старайся. но если тебе совершенно безразлично, пусть бы ты эту иголку никогда больше и не увидел, тогда стоит прислониться к… Continue Reading →

Фридрих Вильгельм Ницше. Человеческое, слишком человеческое Кто не умеет сохранять во льду свои мысли, тот не должен предаваться горячке спора.

Павел Корнев. Скользкий – О! Так ты до старости дожить хочешь? — Шурик ткнул пальцем в едва переставлявшего ноги старика, который тащил почти пустую авоську с продуктами. — Хочешь таким стать? Да не отворачивайся ты, смотри… Я просто жить хочу…. Continue Reading →

Райчел Мид. Кровавые обещания Не ругай себя за то, что ты, возможно, должна была сделать, но не сделала. Прошлое осталось позади. Нужно смотреть в будущее.

Борис Акунин. Чаепитие в Бристоле Игра “футбол”, о которой Фандорин столько слышал от знакомых британцев, оказалась ужасной дрянью. [ ] На самом деле беглого московского чиновника расстроило не состязание, а чувство абсолютного, глухого одиночества, охватившее его среди этого многолюдного скопища.

Если бы люди были способны учиться на своих ошибках, они не были бы в такой помойке.

Жаклин Бэрд. У тебя нет выхода, дорогая Счастье неразделенное делает сердце больным и слабым

Федор Михайлович Достоевский. Преступление и наказание положим, он знает, что и он, ну хоть немного, да порядочный же человек ну, так чем же тут гордиться, что порядочный человек? Всякий должен быть порядочный человек, да еще почище

Илья Ильф, Евгений Петров. Двенадцать стульев Завхоз 2-го дома Старсобеса был застенчивый ворюга. Все существо его протестовало против краж, но не красть он не мог. Он крал, и ему было стыдно. Крал он постоянно, постоянно стыдился, и поэтому его хорошо… Continue Reading →

Для мира крематориев ненависть – слишком буйное и спонтанное чувство, никак не сочетающееся с однообразием выполняемых изо дня в день обязанностей.

Однако подобная игра обрекает убийцу на провал. В действительности он страстно жаждет известности. Но анонимная известность – сущая мука, убийца горько разочарован. Приходит миг, когда нельзя дольше безнаказанно оставаться в центре внимания – а без новых преступлений слава меркнет

Полина Дашкова. Образ врага Анализируя самые странные, бескорыстные на первый взгляд и вроде бы необъяснимые поступки совершенно разных людей, всегда рано или поздно приходишь к одной из этих отправных точек: корысть, инстинкт самосохранения, тщеславие. Ничего иного человеку не дано. Всегда… Continue Reading →

Оскар Уайльд. Преступление лорда Артура Севила Весь мир – театр, но спектакль выходит скверный, ибо роли распределены из рук вон плохо.

Мигель де Сервантес Сааведра. Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский Смею вас уверить, как человек, испытавший это на себе, что все наши безумства проистекают от пустоты в желудке и от воздуха в голове.

Сколько раз он говорил себе, что ее любовь была счастье; и вот она любила его, как может любить женщина, для которой любовь перевесила все блага в жизни, — и он был гораздо дальше от счастья, чем когда он поехал за… Continue Reading →

Генри Дэвид Торо. Уолден, или Жизнь в лесу Общественное мнение далеко не такой тиран, как наше собственное.

Джером Клапка Джером. Трое на колёсах Из всех игр, игра в школу – самая распространенная и самая любимая. В детстве мы собирали шестерых ребят, сажали их на приступке у двери, а сами прохаживались перед ними взад и вперед с книгой… Continue Reading →

Майн Рид. Белый вождь Фанатизм сильнее жалости.

Я не сказала ему, что люблю пурпурные розы. Для меня это слишком личное.

Когда истинный гений появляется в этом низком мире, его можно узнать по тому знаку, что все глупцы объединяются против него.