Времена меняются, и только дураки не желают изменяться вместе с ними.
Возьмите, например, Рождество. Ага, возьмите его отсюда к черту.
Но как бездонно глубока область интимных любовных восторгов. Ни для кого не проницаемая, альковная жизнь связывает двоих людей – мужчину и женщину – ночной эгоистической тайной; делает их как бы соучастниками сладостного греха, в котором никому нельзя признаться, о котором… Continue Reading →
Потерять любимого человека – это страшно, но еще страшнее так никогда его и не встретить.
Когда в чашке нет ни чая, ни сахара, а есть лишь горячая вода, помогают фантазия и чувство юмора.
Иногда дружба рождается из взгляда, жеста, прикосновения, преодолевающего различия и превозмогающего страхи. Достаточно бывает протянуть человеку руку, и в памяти навечно запечатлевается его лицо.
Лишь та любовь – любовь,Которая чуждается расчета.
Эти старушки – как инопланетяне, ей богу.
Он встречался с уродиной, потому что посягнуть на красивую женщину не хватало духу
А то у меня беда, если я нравлюсь человеку, а он мне понятен, я его начинаю доводить. А это не все терпят.
Если произведение искусства вызывает споры, — значит, в нем есть нечто новое, сложное и значительное.Пусть критики расходятся во мнениях, — художник остается верен себе. Можно простить человеку, который делает нечто полезное, если только он этим не восторгается. Тому же, кто… Continue Reading →
И вот ведь какая штука: если человек заболел своим идеалом, от этой болезни его уже не вылечить никаким докторам.
О тридцатилетнем мужчине:- Сколько бы вы ему дали? – Не меньше 10 лет.
Черт бы побрал мою жену, она достойная женщина, но я бы предпочел, чтобы она уже была в аду.
Люди как реки: вода во всех одинаковая и везде одна и та же, но каждая река бывает то узкая, то быстрая, то широкая, то тихая Так и люди. Каждый человек носит в себе зачатки всех свойств людских и иногда проявляет… Continue Reading →
От Винсента так несло виной, что вскоре я и сам пропитался этой дрянью. Или же то был запашок моих собственных угрызений совести. Сколько бы лет ни прошло, он уже не исчезнет.
Бессмысленно, как кончик огурца.
Она не была привержена порядку, хотя ей казалось обратное, просто у нее был свой собственный отчаянный метод: она прятала беспорядок.
Когда человек борется за свою жизнь, боль уже не имеет значения.
Подлецам во всем мире было бы легче жить, не существуй такое понятие, как приказ.
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑