Откровенность, конечно, нынче в моде. Зачастую это прекрасная ширма для сокрытия истинных мыслей.
Каждый из нас – просто случайная мешанина несовместимых качеств.
Хватайте меня за руку. Держите крепко. Нам предстоит побывать в темных местах, но, думаю дорогу я знаю. Только не выпускайте моей руки. А если я поцелую вас в темноте, не обижайтесь. Все потому, что я люблю вас.
Ну что за уроды эти взрослые: говоришь им о цвете глаз твоего нового друга-странном, как отблеск заката на стекле,-вдруг он вампир? а они тебе: кто его родители, как он учится, куда думает поступать; а потом сам становишься таким-определенным, определяющим, как… Continue Reading →
Что не так во мне? Может, я просто слишком счастлив, самодоволен, а в жизни нужно немного боли, страха Чтобы не растерять лучших качеств – смелости, гордости, радости, нежности; каждый день доказывать, что ты достоин даров Может, я перестал подавать ей… Continue Reading →
Мы слишком много сделали для того, чтобы спугнуть радость жизни.
Обыкновенно любовь поэтизируют, украшают её розами, соловьями, мы же, русские, украшаем нашу любовь этими роковыми вопросами, и при том выбираем из них самые неинтересные.
Никогда не забыть мне чувства одиночества, охватившего меня, когда я первый раз лег спать под открытым небом.
Она не одинока в своей болезни. Если бы зависть сопровождалась горячкой, трясло бы весь мир.
Расстояние между тем, как люди живут и как должны бы жить, столь велико, что тот, кто отвергает действительное ради должного, действует скорее во вред себе, нежели на благо.
Чем превосходит нас соперник – будь то мужчина или женщина? Его неоспоримое преимущество – новизна. Причина его неотразимости только в этом, а не в красоте или уме.
Некоторые привычные вещи постепенно начинают казаться не просто неизменными, но даже необходимыми для выживания.
От судьбы не уходит никто – ни князья, ни оборотни, ни даже сами боги.
Елове легко говорить, она совсем не знает, что это такое – любить. Может быть, потому она так сильна.
Не так важно, кого уносит от нас смерть, важно, что жизнь все равно дает для любви другого.
Оно и неплохо, если в первый же день службы с тобой случается самое худшее, что только может быть. Все остальные беды после такого дебюта покажутся мелкими неприятностями.
Почему все твердят мне, что я становлюсь человеком? Я был человеком всегда, даже до того, как меня коснулся нож хирурга.Я – человек. Я должен любить.
Самая потрясающая женщина в мире (единственная женщина в мире, прочие – призраки) почти каждый день открывает своим ключом мою дверь – чего ж мне еще?
Мужество покидает меня, оно пулей вылетает из помещения, вульгарно хлопает дверью, даже прощальной записки не оставляет, сволочь.
Человеческое сознание способно оформить как трагедию любое пустяковое происшествие.
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑