Счастливые глухи к добру

Я и пишу затем, чтобы глухую тоску переплавить в светлую печаль, одиночество — в воспоминания.

Мы всегда все преувеличиваем. Говорим, что все кончено. Слушаем заунывные мелодии индейской флейты. Живем одни, чтобы доказать, прежде всего себе, что можем. И все же смотрим на первого встречного, как если бы все еще можно было начать сначала.

Люди, которые мыслят, не являются производителями материальных благ, они, как может показаться, почти полностью живут за счёт других. Но в действительности они представляют собой долгосрочный вклад.

Чем дороже нам наши возлюбленные, тем сильнее мы к ним привязываемся. Так же точно обстоит и с народами. Чем больше мы с них тянем, тем сильнее они нас любят.

— Частенько там мы покровительство находим, где не метим.- Я езжу к женщинам, да только не за этим.

Неужели судьба может быть так же жестока, как мыслящее существо, сделаться такой же чудовищной, как сердце человека?

Беспомощность — вот он бич нашей эпохи.

Хорошего должно быть понемножку, вот взять хотя бы женскую грудь, она может быть разной, но Вы представьте, если у кого-то хватит ума нарастить ее до 7-12 размера или больше Или представьте, что среди нас будут ходить гигантские люди — 3-5… Читать далее →

Всегда обидно, когда хочешь сказать гадость, а на тебя не обращают внимания. Все равно, что долго прятать за пазухой пригоршню грязи, самому перепачкаться, а потом промахнуться, бросая с двух шагов

Моя кровь для него была так же желанна, как для алкоголика вино в сравнении с водой, её запах причинял ему реальную боль, порождая в его горле невыносимую, обжигающую жажду.

Счастье ничему не учит, учит только страдание.

В жизни слишком мало жизни.

И еще понимаешь, что ты снова «между». Ты не всостоянии вернуть прошлое и не в силах заглядеть в будущее. В сущности — вся твоя жизнь в каждый момент времени называется иностранным словосочетанием «in between».

— Да, Квиррелл был чудесный учитель, — громко сказал Гарри, — только с одним маленьким недостатком: у него Волан-де-Морт торчал из затылка.

Чтобы способности человека проявились в полной мере, он должен быть всерьез увлечен тем, что он делает.

— Я должна вам сознаться: позавчера я солгала, назвав себя Клементиной. Я — несчастный карбонарий

Искусство служит красоте, а красота есть счастье обладания формой, форма же есть органический ключ существования, формой должно владеть все живущее, чтобы существовать и, таким образом, искусство — есть рассказ о счастье существования.

Я хочу сказать только то, что говорю

Ей было жаль этих истощенных, обмороженных и совсем не страшных сейчас людей, которые были чьими-то братьями, отцами и сыновьями; она стыдилась этого своего чувства, потому что знала: прежде чем стать такими, они убивали, жгли, грабили — и пыталась разбудить в… Читать далее →