Прочно укоренившись в прошлом, древо истории тянет свои ветви сквозь наступающие годы, а множество рассказов, из которых складывается история, словно почки, распускаются, превращаясь в листву, засыхают и становятся воспоминаниями, потом процесс этот повторяется в обратном по

Поддайся страху один раз – потом попробуй избавься.

— Будешь столько жрать — и это тело в бочку превратится — Хо-хо! — презрительно отозвался тощий как щепка братец. — Я питаю мозг, а не плоть. — То-то он у тебя столько гадит!

В тебе есть что-то от женщин Боттичели.

Иной раз мы, лишь разлучившись навсегда с тем, кого любили, чувствуем, как сильна наша любовь.

Доверчивость невинных — главное орудие лжецов.

Работа мысли остается при нас дольше любого другого увлечения, ею наслаждаешься и тогда, когда все прочее уже отнято.

И хотя я старался не думать о К. , моя любовь настойчиво впивалась когтями в мое сердце. Я целовал ветер, дувший в ее сторону. Я произносил ее имя, когда был один.

Мудрецы давно уже поняли, что наш мир сотворен по образу и подобию рая. Само существование этого мира – гарантия того, что существует иной, более совершенный.

Я мог манипулировать дюжиной хрустальных бокалов, не разбив ни одного из них; я мог трогать мыльный пузырь, не лопнув его. Я мог всё это, но только когда контролировал себя

Прошлое отбрасывает длинные тени.

Оттого, что мы постоянно переходим с места на место, оттого, что намне приходится задерживаться и самим нести расплату, мы, в сущности, не знаем, что бывает потом

Всего десять лет назад суд физическим испытанием здесь заменили судом юристов. И то, только потому, что суд юристов зарекомендовал себя более беспощадным.

У техно нет содержания. Техно ничего не хочет тебе сообщить и никуда не зовёт. Техно — это просто музыка. Под неё можно просто танцевать.

Никаких вопросов. Все ясно. Я ее люблю.

Невысказанные мысли навязчивы, они тяготят, печалят тебя, лишают подвижности, не дают прорезаться новым мыслям. Если их не высказывать, то мозг превратится в вонючую свалку старых мыслей.

Уничтожить можно все, что хочешь. Страшно подумать, но то место, где мы сейчас находимся, скоро превратится в математическую точку в воздухе.

Акт разрушения и половой акт — по сути одно и то же. И там, и там ты убиваешь то, чем восхищаешься. Убиваешь, потому что не можешь этого восхищения вынести

Опусти еще один пятицентовик в автомат, – подумал он. – Эта мелодия называется «То, о чем она не знает, не причинит ей боль». Но где-то болит. В пространстве между людьми, может быть.

Я почему-то обозлилась на Даниела. Он ведь тоже несет ответственность, а вот ему не приходится тратить восемь фунтов девяносто пять пенсов, прятаться в туалете и писать на палочку