Если любовь – это самое сильное чувство, которое ты можешь испытать, то боль – самое страшное. Боль – это то, что может с тобой случиться, если полюбишь

Чтобы позлить Летицию из Лилля, я говорю, что буду трахать другую, думая о ней. Она нежно улыбается – как я ни стараюсь, мне не удается вывести ее из себя – и сообщает мне медовым голоском:- Лучше трахать ее, думая обо… Continue Reading →

Ее сын, ее единственное дитя, отрада и надежда ее жизни, ушел от нее туда, откуда не возвращаются; он стал искупительной жертвой, как Веселка из Прямичева, как те неизвестные ей сотни людей, не доживших до прихода весны. Но то, что Светловой… Continue Reading →

Ей думалось, что когда кому-нибудь становится хорошо и он обретает веру в себя, к этому чувству неизбежно примешивается легкая сердечная боль.

Как полезны иногда бывают несостоявшиеся романы!

Он был человеком, который убил за улыбку. Во всяком случае, он сам так себя называл, и никто не расспрашивал, почему – некоторые считали его сумасшедшим, а остальным было недосуг. Мало ли, что он имеет в виду – многие ведь говорят,… Continue Reading →

Готова биться об заклад, что в твоей голове поселилась большая печальная мысль. И счастье, если только одна! Потому что пара, как известно, может дать потомство, и будешь ты его кормить и воспитывать до конца времен.

Она ушла по дороге своей судьбы, и никому, даже самому дорогому человеку, не придумаешь пожелания лучше, чем следовать своей настоящей судьбе.

Люди не только забывают благодеяния и обиды, но даже склонны ненавидеть своих благодетелей и прощать обидчиков.

Каждой женщине следует быть ведьмой,А сукой она быть просто обязана.

А вот вы скажите, Василий Иванович, только как на духу. Вы красный или белый?Я? – спросил Чапаев, переводя на меня взгляд. – Сказать? Он взял со стола две луковицы и принялся молча чистить их. Одну он ободрал до белизны, а… Continue Reading →

Превыше всего простота! – уверял меня Геннадий Семёнович. – Не та, которая хуже воровства, а та, к которой приходишь через сложность. Я не знаю ни одного великого творца, произведения которого были бы непонятны. Непонятность иные заменяют талант. А у Пушкина,… Continue Reading →

Мальчик стал мужчиной, а мужчина сам выбирает свою дорогу. Любовь – это слишком мало, чтобы помешать, а гордость – слишком много.

Когда тебя так долго считают не тем, что ты есть Это туманит рассудок. В посмертии я стала чудовищем вопреки своей воле.

Ирония – оружие бессильных.

В том то и дело, что простое объяснение всегда приходит в голову в последнюю очередь.

Реальностей на свете всего лишь столько, сколько ты дашь себе труд представить.

Не “тоскливое состояние”, а смерть медленная овладевает морфинистом, лишь только вы на час или два лишите его морфия. Воздух не сытный, его глотать нельзя.. в теле нет клеточки, которая бы не жаждала Чего? Этого нельзя ни определить, ни объяснить. Словом,… Continue Reading →

– Уверяю тебя, дружок, что Улисс не рвался в герои. Он просто БЫЛ героем-натура у него была такая, не мог он иначе. Ты вот не можешь говно есть – тошнит, а ему тошно было сидеть царьком в занюханной своей Итаке.

Оружие почему-то всегда красиво. И даже чем опаснее, тем обычно красивее