Когда ранними утрами Гэм, гуляя по улицам, всматривалась в лица встречных, она неизменно обнаруживала именно эту, одну-единственную черту – безучастность, лишь изредка оживляемую боязнью опоздать или тусклым отсветом хорошего настроения.