Выбора-то никакого у нас нет. Раньше всегда была какая-то богема, творческий андеграунд, куда можно было уйти, если выяснялось, что мейнстрим не для тебя. Ну, или там преступный мир, или религия, наконец. А сейчас — ничего, одна система, всё остальное куда-то… Continue Reading →
Альбер Камю. Падение Если вы скажете преступнику, что его преступление не зависит ни от его натуры, ни от его характера, а от несчастных обстоятельств его жизни, он вам будет бесконечно благодарен.
Я достал тебя, верно? И сделал твой красный фургончик!
Хелен Бьянчин. Тысяча соблазнов Если бы взгляд мог убить, я бы уже лежал мертвый
Принцесса – это звучит гордо, хотя, не спорю, слегка длинновато.
Карл Саган. Космос Когда я немного подрос, родители выдали мне первую библиотечную карточку. Кажется, библиотека находилась на 85-й улице, на чужой земле. Я сразу попросил у библиотекаря что-нибудь о звездах. Она принесла альбом фотографий мужчин и женщин с именами вроде… Continue Reading →
Дин Кунц. Самый темный вечер в году – Может, у меня появился тайный поклонник. – Тебе анонимно посылают конфеты и цветы? – Тайные поклонники больше этого не делают. Нынче они похищают тебя, насилуют, а потрм расчленяют бензопилой.
Алан Брэдли. Сладость на корочке пирога Рай – это место, где библиотека открыта двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.
– Мы с тобой еще побеседуем, дружок!.. А теперь, как говорят культурные люди: «Позвольте вам выйти вон! »- Позволяю! Так и быть! Уговорил, противный!
Zотов. Ад и Рай Если хоть один политик из России попадет в Рай, я себе лично рога отвинчу!
Оскар Уайльд. Преступление лорда Артура Севила – По-моему, муж не должен быть слишком обворожительным. Это опасно. – Дитя, мое, муж никогда не бывает слишком обворожителен!
Жажда власти над душой человека бывает не менее сильной, чем стремление к физическому обладанию.
ОН живой, ОНА мертвая. Жизнь и смерть – уникальные сообщающиеся сосуды, специально придуманные для опытов над людьми. Наш мир больше не может оставаться таким, какой он есть. Возможно миры создаются ради потрясений, чтобы стать интереснее – это условие продолжения жизни… Continue Reading →
Вероника Иванова. Вернуться и вернуть Ненавижу, когда рядом со мной кто-то несчастлив. Всегда ненавидел, потому что боль чужих глаз эхом отзывается в моём сердце.
Фридрих Вильгельм Ницше. Человеческое, слишком человеческое Кто хоть до некоторой степени пришел к свободе разума, тот не может чувствовать себя на земле иначе, чем странником, хотя и не путником, направляющимся к определенной конечной цели: ибо такой цели не существует. Но… Continue Reading →
Поппи Брайт. Изысканный труп Он знает, как красиво выразить любую вещь. Но даже до положительного анализа, каждый день своей жизни он ненавидел этот мир. Часто повторял, что ему хочется проснуться однажды утром и не чувствовать злобы – хотя бы один… Continue Reading →
Дж. Р. Морингер. Нежный бар Позже слова по-настоящему завоевали моё сердце. Они, как ничто другое, сумели организовать мой мир, навести порядок среди хаоса, разделить всё на белое и чёрное.
Дуглас Адамс. Автостопом по галактике. Опять в путь – Из мглы времён восстало великое проклятие, – сказал Слатибартфаст. – Да, бывает, – заметил Форд.
Было некогда содружество подлецов, то есть это были не подлецы, а обыкновенные люди. Они всегда держались вместе. Если, например, кто-то из них подловатым образом делал несчастным кого-то постороннего, не принадлежащего к их ассоциации, — то есть опять-таки ничего подлого тут… Continue Reading →
Федор Михайлович Достоевский. Преступление и наказание Да и вообще у нас, в русском обществе, самые лучшие манеры у тех, которые биты бывали.
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑