Author zanimatelno

Одной лишь любви, пусть хоть самой большой мало: надо еще сделать так, чтобы и все вокруг знали, что ты – любима и желанна.

Красивым накачанным молоденьким мальчикам нравятся точно такие же молодые красавцы.

Мастурбировать-значит заниматься однополой любовью с самим собой.

Есть множество различных видов пьяных людей. Есть счастливые пьяницы, задумчивые, злые, грубые. Хуже всего – убитые горем.

– Конечно, может быть, все пойдет у них чистенько, гладенько, аккуратненько…- А только навряд ли… Люди все-таки, а не куклы! Народ нетерпеливый, страстный, требовательный.

Какова у человека философия, такова и жизнь. Как постелешь, так и выспишься.

Привет, Майкл.Привет, о свет моих очей. Уж не блинчик ли я вижу? Не смей лопать! Лучше отнеси в гостиную. Слушаюсь и повинуюсь.

Они молчат не потому, что хорошо понимают друг друга без слов. А потому, что они никогда не понимали друг друга. Им нечего друг другу сказать.

Осознавать себя каким-то особенным – это значит оказаться в худшей из клеток, какую только человек может создать для себя.

Если бы я познал вселенскую любовь, я бы никогда не смог ее описать.

Если вы камень – будьте магнитом; если вы растение – будьте мимозой; если вы человек – будьте любовью.

Мало того, что он меня мучит, ему, видите ли, нужно еще скорбеть о том, что я мучусь!

Наш единственный поцелуй остался, можно сказать, случайным, как радужное пятнышко бензина.

Ведь если говорить по правде, то больше всего в жизни я хочу кого-нибудь любить.

Все в мире было бы идеально и гармонично, если бы рука, написавшая его, остановилась бы в пятый день творения. Но был и шестой.

Остановись, мгновенье, — ты прекрасно!

Я согласен подставить себя под пули, но только под вражеские. Ждать, когда тебя убьют свои, противно.

Шурочка: Ой, выключите пластинку – не люблю симфонии.Леня: Это не симфония. Это «Приглашение к танцу» Вебера. Шурочка: Все равно незнакомое. Леня: Слушать только знакомое – все равно что сидеть по десять лет в одном классе.

Почему нам становится не по себе от романтики? Мы стыдимся своих чувств. Шарахаемся от высоких слов, как от чумы. Не воспевать же собственную неспособность любить.

– Слушай, чего пишут, – говорю я Мишке. – “Наша страна похожа на расселенную коммунальную квартиру, в которую въехали новые хозяева и пытаются её обустроить. В каждой комнате свой, отдельно взятый бардак. Пока новоселы меняют плиту, у них лопаются краны… Continue Reading →