Мечты, когда стареют, непременно становятся кошмарами.
Чертовски приятно быть или воображать себя молодым. Да, да, в этом вся сила! Когда уже больше не хочется бегать – конец!
Лето – вообще для готики не сезон.
В сущности, с интеллигентами так же не стоит спорить, как с Моктаром. Моктар тебя просто не слушает. А интеллигенты, они слушают, но когда ты выскажешься, всегда выходит, что не это важно.
Водка – не средство развлечься: водка – анестезия, способная если не убрать, то хоть чуть-чуть приглушить жизненную боль.
Смерть – нормальная вещь, не понимаю, почему все так от нее шарахаются. Каждому приходится с ней иметь дело. Почти все люди хоть кого-нибудь да теряли, но почему-то не говорят об этом.
Лучше поговорите с ним. Мы не можем наверняка знать, что воспринимают люди в коме. Считается, что слух остается до последнего. Он сейчас знает вещи, которые недоступны нашему с вами пониманию, которые за гранью Я очень в это верю.
Чтобы избавиться от пристального внимания людей, надо создать иллюзию открытости.
В великом уродстве, как и в великой красоте, есть что-то завораживающее.
Воин тем и отличается от обычного человека, что он всё принимает как вызов, тогда как обычный человек принимает всё как благословение или проклятие. Жизнь воина – бесконечный вызов, а вызовы не могут быть плохими или хорошими. Вызовы – это просто… Continue Reading →
Я тебе объясню, – сказал Форд. – Вообрази, что эта салфетка – темпоральная Вселенная, а эта ложка – трансдукциональный модус искривления материи…Это моя ложка. Я ею суп буду есть, – сказал Артур.
Мо любил шоколад до безумия. Самый занюханный Дед Мороз не чувствовал себя при нем в безопсности.
Проблема в том, что ее дочь мертва. При всем моем искреннем сочувствии эту боль невозможно переложить на кого-то другого.
Когда тебе больно, пни кого-нибудь – появится компания, с кем поплакать
Никому из живущих сейчас, и живших до нас, не удалось избежать ошибок.
Над ним не было ничего уже, кроме неба, — высокого неба, не ясного, но все-таки неизмеримо высокого, с тихо ползущими по нем серыми облаками. «Как тихо, спокойно и торжественно, совсем не так, как я бежал, — подумал князь Андрей, —… Continue Reading →
Если бы он наделал глупостей, у него наверняка нашлось бы о чем поговорить с ней. Необходимость лгать пробуждает изобретательность, подстегивает воображение.
Я пропускала через себя эмоции, скрытые в движениях, взгляде. Нельзя копить в себе такое. Чревато срывом.
Сей порок мучает разум, изводит и истощает плоть того, в ком он пребывает, ибо само слово зависть уже означает – «сначала вредит своей душе», а после другим. Поэтому лица у завистливых людей бывают пожелтевшими и почерневшими, из-за горькой печали сердца,… Continue Reading →
До чего смехотворны наши попытки обрести опору в себе подобных! Такие же горестно ничтожные, такие же бессильные, они не могут нам помочь.
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑