Так! А ты, Кирка, что скажешь по этому поводу? — спрашивает Сарра Лебедева.По какому?
Да вот: в чем счастье?
С семилетней серьезностью отвечает:
В хорошей жене.
И я рассказал супруге очаровательную легенду: в Париже в каком-то кабакеДенис Давыдов услышал, как французы заказывают: “Одну бутылку шампанского и
шесть бокалов!” “А мне, пожалуйста, – обратился наш гусар к тому же гарсону,
– шесть бутылок шампанского и один бокал!” Легенда уверяет, что восторженные
французы, после того как Денис осушил последнюю бутылку, вынесли его на
руках, хотя он мог великолепно идти на своих двоих.
Leave a Reply
На литературном вечере в Вятке мне из публики бросили записку: «Товарищ Мариенгоф, скажите — поэтами родятся или делаются? »Я скаламбурил:
Сначала делаются, а потом родятся.
Так вот: Есенин поэтом родился и поэтом умер.
Leave a Reply
«Мотаешь» уроки, Кирка?Да.
Где же изволил шляться весь день? Погодка-то не очень хороша для прогулок с девушкой по Летнему саду?
Он молча кладет на стол надорванный билет в Эрмитаж.
Четыре часа осматривал Эрмитаж?
А разве это много для Эрмитажа?
Который же это раз?
Одиннадцатый.
Leave a Reply
Разговариваем на вечную тему: в чем счастье?Пыжова вытягивает руку. Полное впечатление, что у нее на ладони сидит маленькая птичка. Она нежно гладит ее. Пыжова была талантливой актрисой.
Вот оно, это счастье, вот оно, и… нет его!
Ольга грустно смотрит вслед улетевшей птичке.
Leave a Reply
Знаешь, Нюха, по-моему, это форменный кретинизм — быть в ссоре больше пяти минут. Ведь где-то внутри отлично знаешь, что в конце концов все равно помиришься. Правда? Так какого черта портить себе жизнь на сутки или на неделю, как это делают миллионы глупцов? Пять минут — и хватит! Или
Правильно, Длинный!
И мы крепко поцеловались.
Эта мудрая догадка: «Ссориться не больше, чем на пять минут» — очень украсила нашу жизнь.
Leave a Reply
– Сергей Александрович, дорогой, расскажите, пожалуйста, как вы пишите?- Как пишу? – переспрашивал Есенин. – Да вот, присяду на полчасика к
столу перед обедом и напишу стишка тричетыре.
И хохотал тому в спину:
– Зачем дураку знать, что стихи писать, как землю пахать: семи потов
мало.
Leave a Reply
“Я сошью себе черные штаны из бархата голоса моего”, – написалМаяковский.
Понятия не имея об этой великолепной, образной строчке, Вадим Шершеневич,
обладающий еще более бархатным голосом, несколько позже напечатал: “Я сошью
себе полосатые штаны из бархата голоса моего”.
Такие катастрофические совпадения в литературе не редкость. Но попробуй
уговори кого-нибудь, что это всего-навсего проклятая игра случая.
Стоило только Маяковскому увидеть на трибуне нашего златоуста, как он
вставал посреди зала во весь своей немалый рост и зычно объявлял:
– А Шершеневич у меня штаны украл!
Бесстрашный литературный боец, первый из первых в Столице Мира, мгновенно
скисал и, умоляюще глядя то на Есенина, то на меня, растерянным шепотом
просил под хохот бессердечного зала:
– Толя Сережа спасайте!
Leave a Reply
Отцы, матери, умоляю вас: читайте дневники ваших детей, письма к ним, записочки, прислушивайтесь к их телефонным разговорам, входите в комнату без стука, ройтесь в ящиках, шкатулочках, сундучках. Умоляю: не будьте жалкими трусливыми интеллигентами! Не бойтесь презрительной фразы
Leave a Reply
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑
Leave a Reply