Если бы люди знали, как приятно ходить по крышам, они бы давно перестали ходить по улицам
Просто ты же представляешь, что он с ней сделает?
Может быть, деревья думают и ненавидят нас за то, что мы умеем ходить. А возможно, что им всё равно.
Женщины – это такие существа, которых либо бросают, либо боятся бросить.
Если у мужчины хорошая жена, он счастливейшее из созданий Божьих, а если такой жены нет, мне его жаль, единственное утешение состоит в том, что он не знает, сколь жалка его жизнь.
самое важное время одно: сейчас, а самое важное оно потому, что в нем одном мы властны над собой. А самый нужный человек тот, с кем сейчас сошелся, потому что никто не может знать, будет ли он еще иметь дело с… Continue Reading →
Мне всегда казалось, что нет на свете, а особенно в армии, человека, который не сомневался бы в том, что ему недоплачивают жалованье.
Человек был также мертв до рождения, как он мертв после смерти. Человек приходит ниоткуда, и уходит он в никуда. Сегодня праздник, ибо смерть – это праздник второго рождения.
Хочу верить, что это прекрасно — быть свободным. Снова быть свободным. Готовиться к встрече с истинной любовью, с любовью на всю жизнь, с той, кто ждет меня и никогда не заставит вновь пережить нынешнее унижение.
доброта сердца и откровенный характер, хотя бы они давали большое душевное наслаждение и наполняли умы благородной гордостью, ни в коем случае – увы! – не ведут к преуспеянию в свете. Благоразумие и осмотрительность необходимы даже наилучшему из людей. Они
Беспроигрышный сталинский кадровый принцип: критиковать все горазды, а ты сам – бери бразды правления и покажи, на что способен. Или грудь в крестах – или голова в кустах.
Это снаружи я произвожу впечатление человека, довольного своей жизнью. Но внутри, под внешним лоском, правит отчаяние.
Выпьем за то, чтобы умереть с улыбкой. А наши враги пусть рыдают!
Чтение — такой же творческий процесс, как и писание, а порой и больше. Когда мы читаем об умирающих лучах заходящего солнца или громе и шипении приливной волны, наша заслуга не меньше авторской.
Некоторые считают, что у них доброе сердце, хотя на самом деле у них слабые нервы.
Когда нельзя добраться до того, кого ненавидишь, приходится работать с тем, что есть.
А хотят человеческие существа, как ни удивительно, вовсе не счастья, не канонического покоя-воли даже, а возможности как следует пожаловаться. Исключения из этого правила, несомненно, существуют, но обходят меня (и коллег моих, психотерапевтов) стороной, как чумной барак.
Не нарушай, если некогда сидеть
– А можно радоваться одной?- Нет. Для этого всегда нужен ещё кто-то.
Едва ли найдется человек, который, при всем своем презрении к льстецам, не опускался бы до самой низкой лести перед самим собой.
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑