Глубину колодца, как и глубину души, можно измерить брошенным туда камнем.
Я хотел выть на луну, как волкНо никто не понимал, что это был мой единственный, естественный способ избавиться от душевной боли. Когда умирает твой лучший друг, надо не выть по-волчьи, а плакать. Весь мир это знает.
Знаете, что тяжелее всего переживаешь, когда тебя бросают? То, что от тебя ровным счетом ничего не зависит.
Из всего, что понастроил человек, сохранилась лишь арка замковых ворот. Мы с Моной подошли к ней. У подножья белой краской было написано бокононовское калипсо. Буквы были аккуратные. Краска свежая – доказательство, что кто-то еще, кроме нас, пережил бурю.
В малиновых каракулях, как и в его голосе, раздававшемся в три часа утра из телефонной трубки, прослеживалось большое количество виски и жалости к самому себе.
Артём достал сигарету, мрачно глядя на предупреждающую надпись: “Курение приближает вас к следующей инкарнации!”
Хорошую секретаршу найти очень трудно. Куда проще найти в жаркой летней Москве девушку, готовую присесть за твой столик, выпить мартини – уже третий, кстати, бокал – и рассказать всю свою жизнь.
Я знаю, что правильных вещей может быть больше, чем одна. Их может быть две. Их может вообще не быть
Мне дарят подарки, а меня от этого только тоска берет.
Путь к великому начинается с отбрасывания всего, что хорошо лишь в умеренных дозах.
Размышление и вода навечно неотделимы друг от друга.
Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли…. Continue Reading →
Сердце разбивается, когда, чрезмерно расширившись под теплым дуновением надежды, оно вдруг сжимается от холода реальности!
Оба лица, сходящиеся в целях сексуального удовлетворения, ища уединения, демонстрируют против стадного инстинкта, против чувства массовости, они ищут одиночества. Чем больше они влюблены, тем менее они нуждаются в ком-либо, помимо друг друга. Отказ от влияния массы выражается в чувств
Как только примут закон, так тут же его перестают уважать.
Есть какой-то хмель в откровенности; она одуряет и увлекает; и как рад человек, когда найдет другого человека и когда он, оглядевшись, уверится, что над его мыслью никто не стоит, запрет двери – и тут-то польются речи рекой, и тогда именно… Continue Reading →
Говорят, что правда освобождает, но это, по-моему, эгоистичная чушь. Того, кто откровенничает, она, может, и освобождает, а тем, кто слушает, практически всегда приходится страдать.
Брестская крепость заложила, выражаясь современным языком, один из главных алгоритмов той войны. Ее защитников можно было убить. Можно было взять в плен. Но победить их было нельзя.
Ты их вообще видела, москвичей-то? Нет их в природе. Москва есть, а москвичей нет. Каждый откуда-нибудь, да приехал.
Мы — армия мечтателей. Поэтому мы остаемся невидимыми.
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑