. удивляются только ограниченные люди.
. удивляются только ограниченные люди.
Влюбиться в Аполлона! Подумаешь, как это трудно! Мерило нашей славы – удивление, которое мы вызываем.
Когда смерть так близка, потолок над головой начинает казаться крышкой гроба
Отхаркнешься поучительным изречением – станет легче
Будь сумасшедшим, если тебе так нравится Это – право каждого из нас.
Карканье воронов вселяет страх. Вой, свист, рев – это голоса жизни, карканье – радостное приятие тления. В нем чудится звук потревоженного безмолвия гробницы. Карканье – голос ночной тьмы.
То, что постигаешь в минуту кончины, похоже на то, что видишь при вспышке молнии. Сначала – все, потом – ничего. И видишь, и не видишь. После смерти наши глаза опять откроются, и то, что было молнией, станет солнцем.
Унижение человека ведет к лишению его человеческого облика.
Усилия, которые затрачивает человек в погоне за весельем, заслуживают порой внимания философа.
Сгорбленная спина старика – это груз прожитых лет.
Всякий подъем вознаграждается спуском.
Когда перед нашим взором смутно возникают тайны бытия – небо, бездна, жизнь, могила, вечность, – все сущее воспринимается нами как нечто недоступное, запретное, огражденное от нас стеной. Когда разверзается бесконечность, все двери в мир оказываются запертыми.
чудовищное тоже бывает в своем роде совершенным
Не жить и вместе с тем продолжать существовать, находиться в бездне и в тоже время вне ее, умереть и не быть поглощенным смертью, – во всем этом, несмотря на несомненную реальность, есть что-то неестественное и потому невыразимое.
То, что содеяно против ребенка, – содеяно против Бога.
Воздух и вода – две текучие массы, почти тождественные и проникающие одна в другую путем конденсации и испарения, вот почему дышать – то же, что пить.
На руке сна есть перст смерти.
Мрак неисчерпаем. Он вероломно таит в себе бесчисленные ловушки и козни. Человек быстро расходует свои средства. Человек выдыхается; бездна неистощима.
Неизбежность конца, мгновенный переход от бытия к небытию, зияющий вход в горнило испытаний, возможность ежеминутно скатиться в бездну – таково человеческое существование.
Быть жестоким считалось в порядке вещей. Беспощадность была исконным свойством судей, а жестокосердие – их второй натурой
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑
Leave a Reply