Снежинки пепла кружили с такой прелестью, что подмывало их ловить высунутым языком, попробывать на вкус. Но эти снежинки опалили бы губы. Спалили бы сам рот.
Снежинки пепла кружили с такой прелестью, что подмывало их ловить высунутым языком, попробывать на вкус. Но эти снежинки опалили бы губы. Спалили бы сам рот.
Ему было 24, но он ещё не разучился фантазировать
Меня выручает одно умение — отвлекаться. Это спасает мой разум.
Сначала краски.Потом люди.
Так я обычно вижу мир.
Или, по крайней мере пытаюсь.
Что за великая злоба — оставить кого-то жить.
Можно ли украсть счастье? Или это просто еще один адский людской фокус?
Промахи, промахи — иногда я, кажется, только на них и способен.
У него был ветер в волосах и туман в глазах
Случай ведет к следующему случаю, точно как риск несёт в себе новый риск, жизнь — новую жизнь, а смерть — новую смерть.
Жить. Жить на свете, а расплата — муки совести и стыда.
Был понедельник и они шли к солнцу по канату
Как и почти любое отчаяние, все началось с видимого благополучия.
Маркус Зузак. Книжный вор
Как и почти любое отчаяние, все началось с видимого благополучия.
Говорят, война — лучший друг смерти, но мне следует предложить вам иную точку зрения. Война для меня — как новый начальник, который требует невозможного. Стоит за спиной и без конца повторяет одно: «Сделайте, сделайте…» И вкалываешь. Исполняешь. Начальник, однако, вас не благодарит. Он тре
Почему-то умирающие всегда задают вопросы, на которые знают ответ. Может, затем, чтобы умереть правыми.
У людей есть качество, которому я завидую. Людям, если уж на то пошло, хватает здравого смысла умереть.
© 2025 ВЗРЫВ МОЗГА — При поддержке WordPress
Тема от Anders Noren — Вверх ↑
Добавить комментарий