Особенно легко на самоубийства идут, когда боль жизни убивает радость жизни.
Если и умирать, то чтобы было приятно, так умирать, как больше всего нравится. Ведь это было бы последнее впечатление жизни.
Leave a Reply
Вы хотите уподобиться серой мыши – гермафродиту. Вы просто хотите сделаться незначительной, маленькой, несущественной. Какое отчаяние толкает вас к тому, чтобы перестать быть женщиной? Я не знаю, какое, но знаю, что ни один мужчина, даже тот, который умер, не хотел бы этого. П
Leave a Reply
Сон – это родная сестра Смерти.
Leave a Reply
Конечно он особенный! Правда. Трудно пройти мимо него на улице и, взглянув ему в глаза, не почувствовать при этом, что это исключительный человек, с которым хотелось бы провести время. И больше всего завидую его жене именно поэтому. Тому, что у нее так много его времени для себя.
Leave a Reply
Мне хотелось бы поехать с ним снова в Париж и в воскресенье утром есть круассаны в постели и смеяться над чем угодно. Но поскольку у него за спиной удавшаяся жизнь, ему мешают крошки в постели.
Leave a Reply
Когда ты рядом, когда ночью нам вместе тепло, тогда мне на все плевать. Только тогда, и никогда больше В эти часы я не боюсь смерти, я боюсь лишь одного – что умрешь ты. Самым важным, важнее любой великой идеи, становится твое дыхание на моей щеке.
Leave a Reply
Моя дорогая, конечно, он верен мне. Но я все же беспокоюсь: только подумаю, что какая-нибудь курва берет у него в рот и делает не так как ему нравится, то я как нормальная женщина просто в бешенство впадаю.
Leave a Reply
А ей так хотелось влюбиться. И быть с ним всегда и не получать от него никаких писем. Потому что писем не пишут, если никогда не расстаются.
Leave a Reply
Бог, наверно, ошибся и все запустил в направлении, противоположному течению времени.
Leave a Reply
Верить в Бога она перестала только тогда, когда узнала, что Его нет.
Leave a Reply
Даже сон не приносил отдыха. Она не тосковала, потому что, когда спишь, не тоскуешь.
Leave a Reply
У Иисуса, если бы он жил сейчас, был бы агент, юрист, электорнный адресс и сайт в интренете.
Leave a Reply
почти каждое “никогда” можно обойти.
Leave a Reply
Она влюбилась. Вероятно, только химически, но результаты были плачевными.
Leave a Reply
Мы созданы для того, чтобы воскресать. Как трава. Мы вырастаем заново даже тогда, когда по нам проедет грузовик.
Leave a Reply
Когда наберется несколько “никогда”, то еще одно уже не производит никакого впечатления.
Leave a Reply
Она ненавидит ночи. Не выносит закатов, темноты, Большой Медведицы перед жарким днем. Дни всегда прекраснее, чем ночи. Ночи никогда такими не будут. Никогда.
Leave a Reply
Мне кажется, что мы неразлучны Что это произошло и так будет всегда.
Что даже, если я останусь записью в твоей памяти, некой датой, каким-то воспоминанием, то все равно будет словно поворот к чему-то, что на самом деле не разъединяется.
Leave a Reply
Если бы он была мужем ее матери, то уже давным-давно ушла бы от нее. Не выдержала бы такого холода. Потому что ее мать способна быть холодной, как жидкий азот.
Leave a Reply
Иисус – это просто-напросто идол поп-культуры.
Leave a Reply
Она тосковала. Тосковала по нему постоянно. Кроме жажды и она испытывала только одно: тоску. Ни холода, ни жары, ни голода. Только тоску и жажду. Ей нужны были только вода и одиночество. Только в одиночестве она могла погрузиться так, как ей хотелось.
Leave a Reply
Сочельник и Рождество – это прежде всего элементы маркетинга и рекламы. А иначе как сын плотника из захолустной Галилеи стал бы идолом, сравнимым с твоими Мадонной и Майклом Джексоном. Весь этот его отдел рекламы, двенадцать апостолов вместе с самым медиальным, Иудой, – это одна
Leave a Reply
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑
Leave a Reply