Author zanimatelno

Если хочешь, чтобы у тебя был друг, приручи меня!А что для этого надо делать? — спросил Маленький принц. Надо запастись терпением, — ответил Лис. — Сперва сядь вон там, поодаль, на траву. Вот так. Я буду на тебя искоса поглядывать,… Continue Reading →

как это по-человечески и как это печально.

Моя жизнь – запутанный детектив, а все вещественные доказательства подпорчены памятью, пропитавшей их красками и ароматами.

Вспомни, как было на Земле-1. Настоящих пионеров, первопроходцев никогда не понимали. Лавры пожинали их подражатели.

Нужно делать хорошее, потому что плохое и без нас неплохо получается

Наступает момент, когда дети, сами став родителями, испытывают желание узнать, от кого они произошли, но могилы не отвечают. Никогда.

Он не желает ничему отдаться целиком – ведь тогда пришлось бы выбирать.

Спасение не имеет ничего общего с безопасностью. Спастись – значит увидеть себя, как ты есть. Не защищаясь и не прячась – просто себя.

Наука, в которую мы верим, заранее и задолго готовит нас к грядущи чудесам, и психологический шок возникает у нас только тогда, когда мы сталкиваемся с непредсказанным.

Я знаю, что умру, – думала она. – И знаю это лучше тебя, вот в чём дело, вот почему то, что кажется тебе просто хаотическим нагромождением звуков, для меня и плач, и крик, и ликование; вот почему то, что для… Continue Reading →

Каждая женщина скажет, что между красотой любовника и красотою мужа огромная разница.

Все мысли исчезли, осталось только одно: она любит его. Любит гордую посадку его белокурой головы, все, все в нем любит, даже блеск его узких, черных сапог, и его смех, так часто ставивший ее в тупик, и его загадочную, повергавшую ее… Continue Reading →

Никакие новые методы или открытия не способны преодолеть трудности, возникающие при ранениях сердца.

Лучший способ скрыть свои настоящие побуждения – это говорить правду.

Скептический ум – страшное оружие в борьбе с собственным счастьем, немудрено, что я в этой битве всегда выхожу победителем.

Стоит заснуть и проснуться, как яркость пережитого стремительно меркнет, и, вспоминая, трудно уже отличить фантазии от подлинных происшествий, которые становятся такими же блеклыми, как сны, как мысли о будущем или возможном прошлом.

Мне нужно поговорить, а слушать меня некому. Я не могу говорить со стенами, они кричат на меня. Я не могу говорить с женой, она слушает только стены.

Презрение и унижения идут рука об руку, когда нация почивает на лаврах собственной вины.

У французской правовой системы и католической религией есть общая черта – и то и другое взывает к чувству вины.

Однако донесения разведчиков говорили, что опасности здесь нет, поэтому всадники Дома Бэнр спускались в долину, не смея жаловаться, ибо боялись своей крутой на расправу повелительницы больше, чем всяких ядовитых паров, вмести взятых.