– Каждый из нас совершает в своей жизни одну смертельную ошибку, а когда мы осознаем это, непоправимое уже случилось.
– Каждый из нас совершает в своей жизни одну смертельную ошибку, а когда мы осознаем это, непоправимое уже случилось.
Он говорил, что идеальное место для сна – это могила какого-нибудь любимого человека.
А сколько живут люди? Кажется, что вечность
– Берегитесь, Лукас! Любовь иногда доводит до смерти.
То, что мы печатаем в газете, полностью противоречит жизни.
– Тебе никогда не бывает грустно?- Нет, потому что если я от чего-нибудь расстроюсь, то от другого сразу утешаюсь.
Задавать себе вопросы – это еще хуже, чем все знать.
– Возраст – только деталь. Важно главное. Вы любите ее, и она вас тоже любит.
Петер говорит:- Вот еще одна вещь, которой я не понимаю: ваших отношений с Кларой. Она гораздо старше вас.
– Возраст не важен. Я ее любовник. Это все, что вы хотели узнать?
– Нет, не все. Это я уже знал. Но любите ли вы ее?
Лукас открывает дверь:
– Мне неизвестно значение этого слова. Никто его не знает. Я не ожидал от вас подобных вопросов.
– Однако вам еще не раз придется услышать подобные вопросы. И иногда вы будете вынуждены на них отвечать.
– Вы забудете. Так устроена жизнь. Со временем все стирается. Воспоминания бледнеют, боль стихает.
– Я сказал “стихают”, “бледнеют”, – но не исчезают.
Когда я спрашиваю, почему мы печатаем столько лжи, Гаспар отвечает:- Только не задавай вопросов. Делай свое дело и ни о чем не думай.
Тот, кого не существует, не может вернуться.
– Да. Бывает, что жизнь грустнее самых грустных книг.
Я убежден, Лукас, что всякое человеческое существо рождается, чтобы написать книгу, и не для чего другого. Не важно, гениальную или посредственную, но тот, кто ничего не напишет, – пропащий человек, он лишь прошел по земле, не оставив следа.
Если подумать, жизнь любить нельзя.
Работать тяжело, но еще тяжелее ничего не делать и смотреть, как кто-то работает, – особенно если это пожилой человек.
– Неважно, правда это или ложь. Главное – клевета. Люди любят скандалы.
Каждый человек должен иметь свою собственную жизнь.
От долгого повторения слова постепенно теряют свой смысл, и боль, которую они несут в себе, стихает.
– Не надо мне ваших фруктов, рыбы и молока! Все это я могу украсть. Я хочу, чтоб вы меня любили. Никто меня не любит. Даже моя мать. А я тоже никого не люблю. Ни мать, ни вас. Я вас ненавижу!
Мы пишем: “Мы едим много орехов”, а не “Мы любим орехи”, потому что слово “любить” – это ненадежное слово, ему не хватает точности и объективности. “Любить орехи” и “любить нашу Мать” – не одно и то же. Перво
Слова, обозначающие чувство, очень расплывчаты; лучше избегать их употребления и придерживаться описания предметов, людей и себя, то есть точно описывать факты.
Один мужчина говорит:- А ты заткнись. Женщины в войне ничего не понимают.
Женщина говорит:
– Не понимают? Кретин! На нас вся работа, все заботы: и детей прокормить, и раненых вылечить. Вы, как только война кончится, – все герои. Умер – герой. Выжил – герой. Калека – герой. Оттого вы, мужчины, ее и выдумали. Это ваша война. Вам она понадобилась, вы и воюйте, герои дерьмовые!
© 2026 Well, That's Odd — Powered by WordPress
Theme by Anders Noren — Up ↑
Leave a Reply