Настоящей ошибкой, ложью и лицемерием было увидеть в нем нечто большее. Все бы ничего, если б позабавиться с ним месяц-другой, но растягивать эту игру на годы! А все потому, что в ее тогдашнем сентиментальном одиночестве ей было удобно верить в то, что говорил именно эт
Этот путь коварен и ненадежен. Но если ты им пошел, свернуть уже невероятно трудно, и ты говоришь “извини, конечно ты прав”, “тебе виднее” и “ты – самое удивительное и ценное, что есть на свете”, после чего все правдивое и честное становится безнадежно далеким и мерцает, точно недостижимый мир изумительных людей.