День не начинается с будильника и не заканчивается телевизором.
День не начинается с будильника и не заканчивается телевизором.
Если верить графологии, когда берешь указательный палец и обводишь им чей-то почерк, или просто берешь деревянную палочку или ложку, и пишешь поверх написанных слов, то можно в точности ощутить, что чувствовал писавший, когда выполнял надпись.
Токсичные компоненты масляных красок: «красный Ван Дейка», ферроцианид; «йодистый алый», ртутный йодид; «снежный белый», карбонат свинца; «кобальтовый фиолетовый», мышьяк — все эти прекрасные составляющие и оттенки, которые так ценят художники, но которые смертоносны. Мечта создать шедевр, кото
Нас предает все, что мы ни сделаем. Наше искусство. Наши дети. Но мы здесь. Мы все еще здесь.
Седона, Кэй Уэст, Сан Уэлли, — парадокс в том, что полмиллиона людей едет в одно и то же место, чтобы побыть в уединении.
у нас природный инстинкт — прятаться. Как животный вид, мы захватываем землю и защищаем ее. Мы можем мигрировать, следуя за климатом или дичью, но нам известно, что для проживания нужна земля, и наш инстинкт — занять свое место под солнцем.
Сегодня самый долгий день в году, хотя нынче — все дни такие.
Каждый имеет право жить там, где может себе позволить. Нам дали волю преследовать счастье всюду, куда можно доехать, долететь, доплыть — чтобы добыть его. Когда слишком много народу ломится в одно место, само собой, они его разрушат, — но такова система счетов и чеков — так самокорректируе
Таким образом, единственный способ сберечь какой-то край — это изгадить его. Нужно выставить его кошмарным перед внешним миром.
Одни и те же чудеса можно повторять снова и снова, главное, чтоб про них уже успели забыть.
Когда все рушится — а оно рушится всегда — мечтатель возвращается в мир.
ЕСЛИ ВЕРИТЬ ПЛАТОНУ, мы живем в цепях в темной пещере. Мы прикованы, поэтому можем видеть только заднюю стену катакомбы. Можем различить только тени, мечущиеся по ней. Это могут оказаться тени чего то, что движется снаружи пещеры. Могут оказаться тенями людей, прикованных рядом.А может быть, каждый из нас видит только собственную тень.
Серьезно, не стоит тебе курить. Даже если ты уже умерла.
Наверное, нужно пострадать по-настоящему, прежде чем рискнешь заняться любимым делом.
Сколько пота и нудных усилий уходит на то, чтобы сотворить нечто, выглядящее непринужденной импровизацией.
Из подтверждения давным-давно известной истины всегда можно извлечь свежую боль.
И твоя голова — пещера. Глаза — два входа в неё. Ты живёшь внутри своей головы, и видишь лишь то, что хочешь увидеть. Видишь только тени и придаёшь им некий придуманный смысл.
Все мы можем подключиться к всемирному источнику вдохновения.
Непонятному можно придать любой смысл.
Согласно Платону, мы ничему не учимся. Наша душа прожила столько жизней, что мы знаем все. Учителя могут только напомнить нам о том, что мы знаем и так.Наши несчастья. Эти подавления рационального разума — источник вдохновения. Муза. Наш ангел хранитель. Страдания выводят нас из рационального самоконтроля и позволяют божественному течь сквозь нас.
Наш мозг физиологически расщеплен, расщеплен на две половинки, словно грецкий орех. Левая половина вашего мозга отвечает за логику, язык, вычисления и рассудок. Именно эту половину люди воспринимают как свое неповторимое «я». Это сознательная, рациональная, повседневная основа нашей
Ваше левое полушарие — ученый, ваше правое полушарие — художник.
Любые достаточно сильные стрессы, позитивные или негативные, равно способны искалечить наш рассудок и даровать нам идеи и способности, которые мы не можем обрести никаким иным способом.
Искусство, вдохновение, любовь — их так легко анатомировать. Объяснить, лишить тайны.
Забавно, когда твой разум пытается осмыслить хаос.
Мы недостаточно взрослые, чтобы купить себе пиво – чему мы можем научить мир?
Мы были здесь. Мы здесь сейчас. Мы всегда будем здесь.
Может быть, люди должны пережить трагедию, чтобы начать делать то, что любят
Спорим, если ты напишешь то, что живет в твоем сердце, этот холст будет висеть в музее
Парадокс бытия профессиональным художником. То, как мы тратим всю жизнь, пытаясь хорошо самовыразиться, но сказать нам нечего. Мы хотим, чтобы элемент творчества строился по системе причины и следствия. Хотим результатов. Создать покупаемый товар. Нам нужно, чтобы старание и дисциплина ура
Для протокола: погода сегодня — нервное отвращение с гипотетической опаской.
Для протокола: погода сегодня ясная, с отдельными порывами отчаяния и гнева.
Для протокола: погода сегодня спокойная и солнечная, но воздух отравлен брехней Погода сегодня — переменный гнев, временами припадки ярости.
Просто на заметку: погода сегодня неистова, тревожна и немного суматошна
Единственное, на что способен художник — описать собственное лицо.
Ты знала, что огонь должен быть не холоднее шестисот градусов и гореть не менее семи часов, чтоб полностью спалить средних размеров человеческое тело?
Строители старой закваски, сообщает она ему, они ни за что бы не начали строить новый дом в понедельник. Только в субботу. После того как заложен фундамент, они обязательно бросают пригоршню зерен ржи. Если через три дня зерна не прорастут, они строя дом. Они прячут старую Библию под пол и
Это был весенний семестр, и всех в колледже, кажется, обуяла одна и та же идея. Сплести CD-плеер или персональный компьютер, используя только местные травинки и палочки. Кусочки кореньев. Пестики. В воздухе сильно воняло резиновым клеем.
Из всех забытых бесценных предметов вот что мы спасаем. Артефакты. Реплики памяти. Никчемные сувениры. То, что не продать с аукциона. Шрамы, оставленные счастьем.
В телевизоре мужчина кричал – «Te amo… Te amo…», снова и снова, в адрес темноволосой девушки с карими глазами и пушистыми длинными ресницами, сбрасывая ее с лестничного пролета.
Любые усилия будут напрасны, если у тебя нет вдохновения.
© 2025 ВЗРЫВ МОЗГА — При поддержке WordPress
Тема от Anders Noren — Вверх ↑
Добавить комментарий